russian lithuanian english
Home Журналы EXISTENTIA 2008.1.37-51 Координаты психотерапии
EXISTENTIA 2008.1.37-51 Координаты психотерапии PDF Печать E-mail
Автор: Редакция   
18.08.2009 09:48

ПСИХОТЕРАПИЯ В МЕНЯЮЩЕМСЯ МИРЕ

Ирина Глухова (Беларусь)

Одним из лучших определений психотерапии, отличающим ее
от медицинской помощи с применением лекарственных препаратов,
мне представляется вот это, сформулированное современным ав-
стрийским экзистенциальным аналитиком Альфридом Лэнгле:

«Психотерапия – это научно обоснованный и эмпирически
проверенный вид деятельности, направленный на помощь людям
при психических, психосоматических и социальных проблемах или
состояниях страдания и использующий для этих целей психологи-
ческие средства».1

Вместе с тем, психотерапию можно рассматривать как одну из
социальных практик, сплетение которых и определяет, как принято
считать сегодня, современную жизнь общества. Поэтому естественно
предполагать, что в формах и содержаниях психотерапевтической
деятельности находят свое отражение и продолжение процессы,
происходящие в обществе. В этом предположении нет новизны и
оригинальности, - уже психоанализ как исторически первая форма
психотерапии явился ответом на напряжения, назревшие в подверг-
нутом Фрейдом критике викторианском обществе. Но психоанализ
стал вызовом этому обществу, а современная психотерапия сосредо-
точена по большей части на адаптации к актуальным социальным си-
туациям.

Современный британский психотерапевт Э. Спинелли обра-
щает внимание на то, что «…там, где некогда, не так давно, позиция
общества по отношению к психотерапии была типично осторож-
ной, сегодня ее явная приемлемость повсюду очевидна».2 Он от-
мечает важный, но не часто артикулируемый факт: психотерапия,
являвшаяся в первые свои годы действенной критикой господство-
вавших в культуре убеждений и предположений, со временем об-
рела новый вид, превратившись в одну из ведущих защитниц
современного нам Zeitgeist. В общественном сознании она стала свя-
зываться со стремлением к здравомыслию и рациональности. Ее
часто склонны рассматривать как желательную и эффективную па-
нацею в случаях психосоциальных расстройств и дисфункций.

Хотя есть безусловная разница в оказании помощи тем, кто
совершенно не справляется с жизнью, и в улучшении жизни тех, кто
считается практически здоровым, смещение фокуса психотерапев-
тических усилий в сторону безусловной адаптации к социальным
требованиям вызывает обеспокоенность у профессионалов. И если
об этом говорят терапевты, работающие в западном демократиче-
ском обществе, где усилиями критических интеллектуалов по-
стоянно выявляются и рассматриваются всякого рода социальные
мифы и манипуляции, то современная психотерапия в моей стране
тем более заслуживает пристального внимания со стороны со-
циальной критики.

Одним из понятий, часто используемых современной со-
циальной теорией для распознавания, описания и анализа новых
реалий социальной жизни, является понятие глобализации. По сло-
вам одного из известных современных социальных философов Уль-
риха Бека «…глобализация есть неустранимое условие человеческой
деятельности в конце XX века». Несмотря на его сложность и ком-
плексность, оно позволяет пролить свет на многое из того, что
происходит сегодня в мире, а потому интересным будет взглянуть
через призму глобализации на некоторые особенности современ-
ной практики психотерапии.

Феномен глобализации может быть представлен как совокуп-
ность характеристик, относящихся к идеям, процессам, видам дея-
тельности, способам поведения и взглядам на мир. Стимулируемая
различными силами и потребностями, глобализация, связанная с
глубокими преобразованиями в сфере труда, власти и капитала,
имеет множество последствий во всех областях социальной жизни,
принося значительные выгоды одним и серьезные затруднения дру-
гим. Глобализацию нельзя очертить строгими границами, - имея все-
проникающий характер, она проявляется в любом
«здесь-и-теперь», о котором так любят говорить психотерапевты.
На ее вызовы приходится давать ответы всем, в том числе и тем, кто
полагает, что к этому не причастен. Стоит лишь вспомнить извест-
ный тезис об антиглобалистах, использующих в целях своей борьбы
достижения глобализации, против которых они выступают.

Понимая глобализацию как новое состояние социального
мира, характеризующееся необычайной сложностью, противящееся
упрощенной схематизации и попыткам управления и регламента-
ции, нам следует считать этот термин лишь условным обозначением,
говоря всякий раз о конкретных проявлениях и особенностях. В
данном случае – о тех, которые выглядят существенными для пси-
хотерапии, ибо оказывают влияние на ценности, смыслы, установки,
убеждения, переживания и модели поведения, составляющие в со-
вокупности то, что Э. Спинелли определяет как способы бытия
клиента и терапевта в терапии.3

Клиент приходит на консультацию, принося в качестве за-
проса и материала для исследования те проблемы, конфликты, во-
просы и беспокойства, которые возникают в его повседневной
деятельности и повседневных отношениях с другими, собой и
миром. Эти вопросы и конфликты существовали всегда, но сегодня
они, парадоксальным образом, и наполняются глобальными кон-
текстами, и кажутся порой мелкими и незначительными по сравне-
нию с событиями глобального масштаба.

Вторгаясь в повседневность человеческого существования,
глобализация разрушает устоявшиеся границы и порождает новые
взаимосвязи, повышает не только мобильность, но и неопределен-
ность, стремительно обесценивая казавшиеся незыблемыми
смыслы, «… не только объединяет, уравнивает и открывает воз-
можности, но также разобщает, иерархизирует и обрекает».4 Все
это увеличивает количество кризисных ситуаций и влияет на их ка-
чественное содержание, превращая в источник кризиса саму стре-
мительность этого вторжения и усиливая тревогу, лежащую, по
признанию экзистенциальных терапевтов, в основе подавляющего
большинства затруднений, с которыми обращаются клиенты.

Стоит обратить внимание на тот факт, что Литва, Россия, Ла-
твия, Эстония и Беларусь занимают, по последним данным, первые
пять мест в мире по уровню суицидов.5 Это вовсе не значит, что во
всем виновата глобализация, но явно свидетельствует о том, что
такая ее особенность, как повышение уровня неопределенности и
тревожности, связанное со стремительностью и непредсказуемо-
стью происходящих изменений, не может не сказаться на психиче-
ском здоровье людей. А потому и роль психотерапевта, который
способен сориентироваться в новых реалиях сам и помочь в этом
своим клиентам, неизмеримо возрастает в своей значимости.

Глобализация противоречива. С одной стороны, многие ав-
торы отмечают, что она способствует преодолению человеческой
разобщенности. Действительно, мы с такой острой радостью вос-
принимаем, например, освобождение Ингрид Бетанкур из много-
летнего плена и встречу ее со своими родными и близкими, словно
она является нашей соседкой или коллегой. С другой стороны, увле-
ченно общаясь в сети и следя за событиями в мире, мы часто не зна-
комы со своими соседями по лесничной клетке. Бауман отмечает
тот факт, что в современном социальном мире исчезает простран-
ство для «обсуждения норм, столкновения оценок, конфликтов и
примирений», пространство, в которое выносились «суждения о
том, что такое хорошо и что плохо, красиво и уродливо, прилично
и неприлично, полезно и бесполезно». Исчезновение пространства
для разговора в обыденной жизни ведет к повышению его ценно-
сти в психотерапии. Клиенты очень часто говорят о том, что каби-
нет консультанта оказывается единственным местом, где они могут
поразмышлять вслух о смыслах собственной жизни, не боясь вы-
глядеть смешными и не современными.

В глобализации многие видят угрозу локальным отношениям
и традициям, а потому сопротивляются всякой изменчивости и ина-
ковости. Фундаментализм может быть определен как принци-
пиальный отказ вступать в диалог, и в мире, где необходимо
уживаться с людьми, которые на нас не похожи, он становится опа-
сен, ибо исходит из признания своего образа жизни «совершенным
и достойным», а чужого — «сравнительно низшим и недостой-
ным». Проблемы такой фундаменталистской позиции заключаются
«не в том, во что вы верите, но в том, как вы верите в это, и как вы
относитесь к другим людям, верующим иначе».6

Они могут проявляться не только в конфликтах международ-
ного масштаба, разрешением которых заняты политики, но и в веч-
ных конфликтах отцов и детей, которые часто становятся темой
психотерапии. Значимость семейных традиций и мнений предста-
вителей старшего поколения становится все меньшей, а необходи-
мость самим активно вмешиваться в течение собственной жизни
проявляется во всем – от выбора стиля одежды и цвета волос до вы-
бора профессии и места жительства. Самый разнообразный мате-
риал для этого выбора предоставляют широко распространенные в
век глобализации электронные средства информации, которые в
силу целого ряда причин гораздо более активно используются мо-
лодыми людьми, нежели их родителями. Оказываясь на приеме у
консультанта, и те и другие жалуются на непонимание противопо-
ложной стороны, не задумываясь о непреклонности и бескомпро-
миссности собственной позиции.

Одной из главных задач психотерапии является помощь
клиентам в построении нового, более эффективного способа вос-
приятия мира и взаимодействия с ним. Заметим, что сходную задачу
ставит перед собой и социальная критика, исходящая из того, что
любая теория является определенной программой восприятия, а
потому ею можно воспользоваться для создания такой структуры
реальности, которая позволяет действовать наилучшим образом.
Относясь к глобализации не как к новому социальному явлению, а
как к новому способу понимания социальной жизни, новому спо-
собу глядеть на мир и повествовать об этом, мы тем самым учре-
ждаем и новую реальность.

Исчезновение, или конец реальности, наряду с концом субъ-
екта и концом истории, является отличительным признаком по-
стмодерного дискурса. Сегодня различение видимости и
реальности, способность к которому казалась неотъемлемо прису-
щей человеческому разуму, стирается и нивелируется. Отныне
реальность не исследуется и не анализируется – она учреждается.
Нашими знаниями, словами и мысленными конструкциями.
Бурдье пишет о том, что социальная реальность способна меняться
при изменении представления агентов о ней. Теперь переворот в
видении мира осуществляется очень просто: нужно всего лишь на-
звать нечто другими словами, – и мы получим иную реальность. А
значит, и иные принципы восприятия мира и позиционирования
себя в нем.

Поскольку сегодня под влиянием средств массовой информа-
ции наши знания о действительности лишь в очень незначительной
степени оказываются почерпнутыми и удостоверенными из со-
бственного опыта, то и имеющиеся у нас образы реальности в боль-
шинстве случаев оказываются внушенными и навязанными. Чаще
всего мы не задумываемся об их истинной природе, автоматически
и не рефлексивно воспринимаем, усваиваем и присваиваем их, под-
чиняя им свои действия и модели поведения. Бурдье, говоря о сим-
волической власти, подчеркивает, что те, кто производит
представление о власти, обладают властью над теми, кто его разде-
ляет.

Осознание факта конструирования реальности может стать
поистине освобождающим. И это то, что может происходить в про-
цессе психотерапии, когда ставятся под вопрос привычные, но пе-
реставшие быть эффективными смыслы, ценности, установки и
представления клиента, когда он, может быть, впервые в жизни, за-
думывается о том, на какой картине мира основываются его выборы
и предпочтения, мечты и цели, страхи и сомнения.

Неопределенность, вторгающаяся в нашу повседневность, и
столкновение с необходимостью активного выбора в самых разных
жизненных сферах чреваты ростом не только тревоги и сопротив-
ления, но и рисков, связанных как с физическим природным миром,
не зависящим от воли человека, так и с различными техническими,
политическими и социальными решениями, принимаемыми нами
самими. Будущее необходимо просчитывать, держа в уме самые раз-
нообразные влияющие факторы и сохраняя осведомленность о том,
что всего учесть невозможно. В «обществе риска», где «самые жи-
вотрепещущие вопросы наталкиваются на недоуменное пожимание
плечами», «грозящая людям опасность не имеет ничего общего с
их действиями, наносимый им ущерб — с их трудом, а окружающая
действительность в нашем восприятии остается неизменной»7, нам
необходимы новые личностные качества. Толерантность к неопре-
деленности, способность сохранять состояние эмоциональной
устойчивости и не просто выдерживать давление риска, но и извле-
кать пользу из изменений, происходящих в повседневной жизни –
вот то, что отличает сегодня людей, достигающих социального
успеха.

И это - качества, развитию которых также может содейство-
вать психотерапия, - часто в других, менее откровенных и более при-
влекательных для потребителя формах: бизнес-консультирования и
коучинга. Но суть этих, достаточно востребованных современным
рынком видов экспертной помощи, вполне соответствует опреде-
лению Лэнгле, приведенному выше. Тем более, что в качестве коучей
и бизнес-тренеров довольно часто выступают врачи-психотера-
певты, - в конце концов, здесь им и платят больше, чем за прием эмо-
ционально неуравновешенных пациентов в поликлинике.

В этом тоже можно усмотреть влияние глобализации. Ульрих
Бек пишет о том, что «глобализация, понимаемая и форсируемая
как экономическое явление, сводит к минимуму расходы и макси-
мально увеличивает доходы», и что «даже небольшие рыночные
сегменты и соответствующие им стили жизни и потребительские
привычки, распространяемые по всем континентам, обещают за-
служить одобрение Уолл-стрит».8 Профессора Стокгольмской
школы экономики Кьелл Нордстрем и Йонас Риддерстрале утверж-
дают, что сегодня в глобальном соревновании побеждают не те, кто
работает больше или быстрее, а те, кто преуспевает в гипер-специа-
лизации. «Вы можете стать экспертом по особому виду экземы,
тесту, спорту, музыкальному инструменту или еще чему-нибудь.
Фокус, фокус, фокус, а затем становитесь глобальными».9 В полном
соответствии с этим, VIP-коучинг – торговая марка психотерапев-
тической услуги для избранных – становится широко распростра-
ненным и прибыльным видом деятельности.

Стремление к безопасности и стабильности является одной
из составляющих человеческой природы, но сегодня нам все чаще
необходимо создавать их самим, не надеясь на традиции и при-
вычки. Стиль жизни – это та реальность, которую сегодня каждый
конструирует для себя сам, и в которой глобализация проявляет
себя в полную силу. Гидденс пишет: «Я не могу знать, что вы едите
на завтрак, но знаю, что вам приходится выбирать из множества су-
ществующих сегодня продуктов. Больше не существует определен-
ного местного рациона. От вашего выбора зависит, кто вы и как
выглядите».10 И действительно, когда-то многие из нас и не подо-
зревали, что завтраком может быть не только чай или кофе с бутер-
бродом, но и мюсли или поридж, а также японский суп мисо с
водорослями нори. Привычки и традиции выходят за пределы
наций-государств и превращаются в достояние всех и каждого, в
корне меняя устоявшийся стиль жизни.

Ценность психотерапии состоит в том, что она предоставляет
время и место для того, чтобы остановиться и подвергнуть систе-
матической ревизии стиль жизни, переставший удовлетворять, уви-
деть «из какого сора» выросли те или иные наши склонности и
пристрастия, дающие нам иллюзию безопасности и стабильности.
Психотерапия может помочь изменить этот стиль, помочь осознать
свое авторство и ответственность во всем, что касается собственной
жизни, а не объяснять неудачи и неурядицы воздействием какой-
либо внешней негативной силы. В качестве таковой порой предста-
вляют и глобализацию. Но глобализация – это не что-то, что делает
кто-то и где-то, а то, во что вносит свой вклад каждый из нас, вы-
ходя в интернет или покупая экзотические фрукты, надевая люби-
мые джинсы или отправляясь в кинотеатр на соседней улице.

В обществе риска особую власть приобретают эксперты, ко-
торые, как полагают дилетанты, своими знаниями и умениями в со-
стоянии уменьшить давление неопределенности. Когда в ситуацию
включается множество переменных, и нет четких аргументов в
пользу принятия того или иного решения, мы обращаемся к спе-
циалистам. В качестве таковых выступают врачи и агенты по недви-
жимости, банковские консультанты и модные дизайнеры,
психотерапевты и бизнес-коучи. Предполагается, что все они до-
статочно много вложили в свою подготовку для того, чтобы их ус-
луги соответственно оплачивались.

Экспертиза основывается на опыте и знаниях профессиона-
лов, но поскольку клиентами, как правило, являются те, кто не в со-
стоянии оценить уровень квалификации экспертов, то и здесь
приходится считаться с рисками. Рост объемов информации ведет к
сужению сферы компетентности конкретного эксперта, что часто
оборачивается парадоксальным стремлением найти универсального
специалиста, способного к тому же объяснить все простым языком.
Такими часто оказываются хироманты, астрологи и экстрасенсы, а
также популярные политики и знаменитости, охотно раздающие со-
веты, касающиеся самых разных областей жизни.

Психотерапия, как признанный в обществе вид деятельности,
является услугой, предоставляемой потребителям за определенную
плату. Ульрих Бек говорит о том, что социальное бытие человека
определяется его покупательной способностью: «Люди суть то, что
они покупают (или могут купить)»11. Так что же покупают сегодня
граждане, платя деньги психотерапевту или консультанту-психологу?

Меняется то, к чему стремятся люди, меняются их представ-
ления о счастье и об идеалах. Но какой облик ни принимали бы они
на протяжении истории человечества – отличающее эвдемонию
«радостное и удовлетворенное состояние души»12 или «непокой
бесконечно заинтересованной субъективности, которая все-таки хо-
тела бы получить ответ на вопрос, касающийся решения относи-
тельно ее вечного блаженства»13, жизнь в «светлом
коммунистическом будущем» или победа современных технологий
над человеческой смертностью - суть конфликта при столкновении
этих представлений с реальностью всегда одна: нежелание жить так,
как живется, и невозможность что-либо изменить.

Отличие сегодняшнего дня состоит в том, что «о чем бы люди
ни мечтали, какими бы они ни хотели быть, их повседневные уто-
пии счастья уже не связаны с данным геополитическим простран-
ством и его культурными идентичностями».14 Понятно, что и в том,
за что люди готовы заплатить деньги психотерапевту, они ожидают
получить нечто, отличающееся от не удовлетворяющей их локаль-
ной повседневности. А потому – по-прежнему нет пророка в своем
отечестве: европейские эксперты получают признание в Америке,
американские подходы широко распространяются в Европе, к нам
едут зарубежные тренеры, а во всем мире лучшими знатоками чело-
веческой души по-прежнему остаются Толстой и Достоевский.

И вместе с тем… «Несколько лет тому назад, путешествуя по
миру и обсуждая с учеными людьми свою последнюю книгу, - гово-
рит Энтони Гидденс, - я мог преподносить ее как новость. Теперь
этого не происходит, они знают о ней все еще до того, как вы ее на-
писали. Можно отправиться в Пекин или куда-нибудь еще, и люди
там знают примерно то же, что и ты. Нет больше резких различий в
уровне информированности по глобальным вопросам».15

Есть универсальный способ эти различия преодолевать.
«Вы в Токио. Культурный шок. Люди везде. Лихорадка неоп-
ределенности. Чтобы успокоить свою разгоряченную голову, на-
деньте ваши штаны Levi’s, рубашку Calvin Klein и кроссовки Nike.
Вы выходите из гостиницы Sheraton и идете в McDonald’s, чтобы с
удовольствием съесть гамбургер McFeast и выпить стакан Coke. <…>
Вы получили то, что хотели. Никаких отклонений. Только сюр-
призы, которых мы и так ожидали».16

Утверждение и развитие глобальной потребительской куль-
туры иногда называют макдольнадизацией. Ее аналогией в психоте-
рапии может служить, на мой взгляд, повсеместное распространение
техник нейро-лингвистического программирования, или НЛП.
Изобретенные в середине семидесятых двумя молодыми американ-
цами Ричардом Бэндлером и Джоном Гриндером как новый метод
воздействия на человеческое поведение, они и впрямь напоминают
еду из McDonald’s возможностью быстрого употребления, универ-
сальностью и практичностью, как впрочем, и кратковременностью
результата и сомнительностью последствий. Поразительно, но ана-
логия проявляется даже в том, что НЛП при своем возникновении
столь же «полностью игнорировалось академическими специали-
стами», как и fast food истинными гурманами и специалистами по
здоровому питанию. При этом «вне стен университетов, концеп-
ции НЛП, направленные на практические потребности, нашли нео-
быкновенно сильное отражение», ибо эта «смесь неудержимого
терапевтического оптимизма и многообещающих стратегий, со-
впала с нуждами многих практикующих терапевтов».17

Справедливости ради, следует отметить, что глобальные по-
токи несут с собой и более здоровые тенденции, к которым можно
отнести, в первую очередь, все более широкое распространение пси-
хотерапевтических подходов, усматривающих свои корни и воз-
можности развития в философии и социальной теории. Однако их
освоение не предполагается столь же скорым и простым делом, как
это обещает реклама чудо-техник, а потому и количество желающих
всегда будут уступать тем, которые обращаются в практике НЛП.

Здесь обращает на себя внимание тот факт, что экзис-
тенциальная психотерапия, эксплицитно выразив важность фило-
софии, главным образом экзистенциальной, как основы своей
практики, на этом заявлении как будто остановилась. Никто не спо-
рит с тем, что наследие Хайдеггера, Гуссерля, Сартра неисчерпаемо,
но ведь и философская мысль, и терапевтическая практика продол-
жают развиваться. И, как мне кажется, вновь отдаляясь друг от друга.
Социальная критика постоянно и напряженно продвигается в по-
нимании жизни людей в обществе, а психотерапия, имея дело с труд-
ностями тех, кто этой жизнью живет, по-прежнему настойчиво
адаптирует, не затрудняя себя изучением того, что обнаруживают
философы.

Понимание особенностей социальной практики психотера-
пии в сегодняшней Беларуси невозможно без обращения к новому
способу понимания мира, принимающему во внимание неизбеж-
ность преодоления национальных границ и парадоксального соеди-
нения всего со всем. Нас не может миновать то, о чем писал трижды
букеровский лауреат Салман Рушди, приветствуя смешение и транс-
формацию, порождающие новые и неожиданные сочетания людей,
культур, идей, политических взглядов и художественных произведе-
ний, радуясь смешению кровей и остерегаясь абсолютизма чисто-
кровности: «Меланж, рагу, немного того, немного другого – вот так
входит в мир новизна».18 О глобализации часто говорят в терминах
турбулентности, бифуркации и беспорядка, обращая тем самым вни-
мание на невозможность контроля и управления, на необходимость
принятия и осознания этого беспорядка как данности, на которую
невозможно повлиять.

В случае отечественной психотерапии этот беспорядок проя-
вляется целым рядом явлений, особенности каждого из которых
требуют отдельного анализа. Здесь я приведу лишь неполный пере-
чень: глобальный успех самых разных экзотических и эзотерических
подходов, стихийное заполнение рынка психотерапевтических
услуг самозванцами, шарлатанами и целителями отовсюду, наличие
долларовой наличности в оплате этих услуг, крайности заимствова-
ния – от «мы безнадежно отстали» до «у нас свой путь». Мо-
бильность превращается в «психологический туризм», когда весьма
посредственный семинар проводится в замках Чехии или в Крыму.
В психотерапии пропагандируется непривязанность, поощряется
свобода, и никто не отвечает за последствия. Часто остается не
ясным, живет ли в соответствии со своим учением сам терапевт,
приехавший издалека, не говоря о том, что в роли последнего может
оказаться человек с неудовлетворенной жаждой власти.

Понимание того, что транснациональную динамику труда, ка-
питала и культуры нельзя отменить, не освобождает нас от необхо-
димости подвергать анализу не только особенности переживания
этих процессов теми, кто становится клиентом в психотерапии, но
и способы ориентации в них профессионалов. К сожалению, среди
последних много тех, кто в поисках идей, концепций и подходов не
обращается к первоисточникам и не стремится «к интеграции в ев-
ропейское академическое пространство»,19 а получает информацию
от перепродавцов или пытается изобретать свой велосипед. Э.Гид-
денс пишет о том, что «глобализация — это реальность, открытая
для создания множества организаций, которые делают для нас этот
мир возможным». Международные профессиональные организа-
ции психологов, психотерапевтов и консультантов существуют, од-
нако членство в них коллег из Беларуси, как и участие в
конференциях (действительно международных, а не тех, которые
проводятся под таким названием на русском языке в России)
является, скорее, исключением, чем обычной практикой.

Трудно не согласиться с характеристикой белорусского ва-
рианта «рефлексивного конструирования собственной идентично-
сти», обеспечивающего «обретение себя заново» в глобальной
системе координат, как «задержанной регрессии», при которой
«восстановление целостности личности происходит через «само-
умаление».20 Поскольку в психотерапии как социальной практике на-
ходит свое продолжение всё то, что происходит в обществе, то в ее
содержании и формах легко обнаруживается и стремление перенести
ответственность за принятие решений на государство или на хариз-
матическую личность (ею может стать и президент, и терапевт), и ра-
зыгрывание позитивных социальных ролей, и «заземление»
индивидуальных жизненных проектов, и всяческое вытеснение нега-
тивного «чужого» из привычных форм повседневной жизни. А глав-
ное, - «самоумаление», присущее как способу бытия клиента, так и
способу бытия терапевта.

«Самоумаление» означает не просто снижение уровня ин-
дивидуальных притязаний, а структурную патологию личности: вос-
становление нарушенного «защитного кокона» оплачивается
самоограничением вменяемости. В структуре личности редуци-
руются универсалистские ожидания признания в качестве мораль-
ного лица, личное достоинство сводится к официально признанной
социальной ценности индивида».21

Говоря словами поэта, «когда сгибается хребет, душа стано-
вится горбата». А ведь именно душа является тем, с чем мы имеем
дело в психотерапии. Последствия этого парадоксальны и пе-
чальны. Действительно, как правило, к психотерапевту обращаются
те, кто в какой-то момент своей жизни не справляется с ее трудно-
стями самостоятельно, у кого «мало сил» для того, чтобы соответ-
ствовать общепринятой норме, и таких - всегда меньшинство. Но
когда нормой становится «самоумаление», то нормальное и пато-
логическое меняются местами, и в меньшинстве не справляющихся
оказываются те, кто не в состоянии в достаточной степени ума-
литься. Это не просто интеллектуальный пассаж, это факт, с кото-
рым все чаще приходится встречаться в повседневной
терапевтической практике, когда за помощью обращаются те, у кого
«все хорошо» с социальной точки зрения, но кому «не хочется
жить» такой жизнью.

Сталкиваясь с необходимостью изменения привычного по-
ведения под влиянием современных глобальных потоков, большая
часть населения приспосабливается и выживает, «самоумаляясь».
Есть те, кто осознанно стремится отыскать альтернативы, видя ис-
точник своих затруднений в общественном устроении. И есть те,
кто, не умея втиснуться в узкие рамки отечественной нормы, начи-
нает считать неполноценным себя, мучается и становится клиентом
в психотерапии. Именно им, на мой взгляд, могли бы помочь тера-
певты, усвоившие способы понимания мира, опирающиеся на со-
временную социальную теорию.

Примечание:
1
Лэнгле А. Психотерапия – научный метод или духовная практика? О
соотношении между имманентным и трансцендентным на примере экзистенциального
анализа. Пер. Ларченко О. и Шумского В.// Московский Психотерапевтический
Журнал. 2003, №2.
2
Spinelli E. The Mirror and the Hammer, London and New York: Continuum
2001, p.8.
3
Спинелли Э. Экзистенциальная психотерапия: вводный обзор. // Топос
№1(18), 2008. С.121-137.
4
Фурс В. Белорусская «реальность» в системе координат глобализации.
//Топос №1 (10), 2005.
5
http://www.nationmaster.com/graph/hea_sui_rat_mal-health-suicide-rate-males
6
Гидденс Э. Что завтра: фундаментализм или солидарность
(интервю)//Отечественные записки, 2003, N1
7
Бек У. Общество риска. на пути к другому модерну//М.: Прогресс – Традиция,
2000, 384. стр.
8
Бек У. Что такое глобализация. М.: «Прогресс-Традиция», 2001. С. 304.
9
Нордстрем К.А., Риддерстрале, Й. Бизнес в стиле фанк. Капитал пляшет
под дудку таланта. Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге, 2005.
10
Гидденс Э. Что завтра: фундаментализм или солидарность
(интервю)//Отечественные записки, 2003, N1
11
Бек У. Что такое глобализация. М.: «Прогресс-Традиция», 2001. С. 304.
12
Краткий философский словарь. М: Проспект, 2004. С. 452.
13
Кьеркегор С. Заключительное ненаучное послесловие к Философским крохам.
Пер.Т.Щитцовой, Мн.: Логвинов, 2005. С. 41.
14
Бек У. Что такое глобализация. М.: «Прогресс-Традиция», 2001. С. 304.
15
Гидденс Э. Что завтра: фундаментализм или солидарность
(интервю)//Отечественные записки, 2003, N1
16
Нордстрем К.А., Риддерстрале Й. Бизнес в стиле фанк. Капитал пляшет
под дудку таланта. Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге, 2005.
17
http://nlp-system.com/istoriya_razvitiya.php
18
Цит. по Calhoun, C. “Belonging” in the Cosmopolitan Imaginary, Ethnicities
2003; 3; 531 http://etn.sagepub.com
19
Дунаев В. Университет: вне, внутри, по отношению.
http://www.nmnby.org/pub/0701/09d.html
20
Фурс В. Белорусская «реальность» в системе координат глобализации.
//Топос №1 (10), 2005.
21
Фурс В. Белорусская «реальность» в системе координат глобализации.
//Топос №1 (10), 2005.
 

Обновлено 23.08.2009 10:22