russian lithuanian english
Home Журналы EXISTENTIA 2008.1.184-193 Духовность
EXISTENTIA 2008.1.184-193 Духовность PDF Печать E-mail
Автор: Редакция   
18.08.2009 15:50

ДУХОВНЫЕ АСПЕКТЫ ПСИХОТЕРАПИИ, О КОТОРЫХ УМАЛЧИВАЮТ ПСИХОТЕРАПЕВТЫ


Геновайте Пятронене (Литва)


Психотерапия неразрывно связана с духовным измерением.
Чего стоит только такой красноречивый факт, что отцов психотера-
пии З.Фрейда и К.-Г.Юнга от многовековой религиозной традиции
отделяло только одно поколение: дед Фрейда был ортодоксальный
раввин, а деды Юнга по матери и отцу были протестантскими свя-
щенниками.

Религия больше не является объектом пренебрежения, и боль-
шинство психологов увидело в ней положительные свойства. Причи-
ной тому послужили результаты исследований, котрые показали, что
искренне верующие люди более счастливы, более здоровы и живут
дольше. По словам P.Vitz, психология нередко причисляется к области
герменевтики и становится частью интерпретирующих структур, кото-
рые больше связаны с теологией, философией, этикой, чем с тради-
ционной наукой. Поэтому психотерапия возвратилась к своим корням
– стала прикладной философией жизни. В настоящее время существует
не один институт психотерапии и духовности, появиласъ интегриро-
ванная терапия, этим вопросам посвящен не один научный труд. Не-
мало психотерапевтов определяют себя как специалистов на основе
своих взглядов на духовную природу человека, например, «католиче-
ский консультант».

Целью этой статьи не является сравнение психотерапии и духов-
ных традиций – это слишком широко. Также не будем здесь углубляться
в непосредственные связи между этими двумя сферами - например, пси-
хологические и психиатрические проблемы, возникающие у человека,
принадлежащего к духовной традиции, или какой выбор сделать: быть
в психотерапии или медитировать? Речь пойдет об обычной, клиниче-
ской психотерапии, в ходе которой клиент непосредственно не ставит
духовных вопросов. В каждодневной психотерапии духовное измере-
ние может открыться в большей или меньшей степени, но оно недо-
статочно осознаётся и не вербализируется большинством
психотерапевтов и клиентов.

Духовное измерение, духовность – это сложное явление, нераз-
рывно связанное с другими психическими явлениями, поэтому следует
определить важнейшие его черты. Духовность – это процесс, во время
которого человек выходит за пределы самого себя. Для верующего ду-
ховностью является опыт общения с богом, для гуманиста – самотран-
сценденция с другим человеком (героизм, гуманизм, альтруизм),
переживание гармонии и единения с Вселенной. В духовном мире мы
имеем дело с таинственным актом, с каким-то вещественным проявле-
нием реальности, не принадлежащей нашему миру (M. Eliade). Таким
явлением является синхронизмы К.-Г. Юнга, а именно – тайная связь
всего. Мы являемся нитями ткани, смыслы узоров которой не под-
даются пониманию, мы соприкасаемся друг с другом самыми неверо-
ятными способами.

Почему психотерапевты продолжают избегать темы духовности?

И всё же, несмотря на мосты, проводимые между психотерапией
и духовностью, психотерапевты пока избегают темы духовности и скеп-
тически смотрят на духовные практики. Опираясь на большой опыт,
приобретённый во время участия в различных духовных, научных и
культурных группах, я бы выделила следующие основные причины та-
кого отношения:

В мире медицины и в бизнесе господствует естественнонаучное
мировоззрение. Признание высших сил является препятствием на пути
достижения свободы человека. Это препятствие мешает людям, стре-
мящимся всё контролировать (обсессивно-компульсивные личности),
особенно мужчинам, и количество таких людей в западном мире ка-
ждодневно увеличивается.

Представители духовных движений новой волны кажутся пси-
хологически менее здоровыми людьми. Например, исследование при
помощи теста MMPI показывает, что в их числе больше истерических
личностей, а тест Роршаха определяет в них большое количество более
интенсивных защит, отрицательных эмоций и избегание неопределен-
ности.

В духовность не углубляются люди, которые ясно ощущают
смысл жизни, имеют свои ценности. Такими людьми является боль-
шинство светил культуры, представителей науки и искусства. Именно
они нередко лучше всего трансцендентируют себя, но у них нет по-
требности осознавать духовные явления, и они ими не интересуются, а
к нетрадиционным поискам духовности, вследствие сильного гра-
жданского чувства, они относятся скептически.

Нередко люди не вступают в дискуссии о духовности также по-
тому, что об этом очень трудно говорить, слова кажутся недостаточ-
ными и неполными. Иногда так и начинается разговор: «это может
прозвучать ненормально, странно, но...». Действительно, для того,
чтобы передать духовный опыт, нужно быть поэтом.

Итак, осознание духовности пока что является проблемой. Если
бы у нас был волшебный термометр, которым мы могли бы измерять
уровень духовности, мы бы обнаружили, что в разных социальных си-
туациях этот уровень очень отличается и меняется. Перед тем как на-
чать разговор о проявлениях духовности, проведём мысленный
эксперимент.

Представим себе, как выглядела бы психотерапия без духовности:

Прежде всего, это были бы формальные и отдаленные отноше-
ния, так как никакая близость невозможна без ценностей. Лечение –
это техническая услуга, клиент – получатель услуги, проверяющий те-
рапевта на профессиональность. Думаю, что такой оттенок атмосферы
можно встретить как в дорогих, коммерчески ориентированных цен-
трах психотерапии (например, пациенту очень плохо, но терапевту он
может написать сообщение, касающееся только изменения даты кон-
сультации), так и в государственных учреждениях. Между тем, даже в
сфере простых услуг, таких как, например, парикмахерских, салонах кра-
соты иногда можно найти больше близости и любви к ближнему.

С научной точки зрения, человек в психотерапии является
прежде всего больным, который не может быть одновременно и нездо-
ровым и достойным уважения, полным потенциала. Это особенно ярко
проявляется в психиатрии и стигматизирует человека. Большинство
психиатров положительно настроены по отношению к своим пациен-
там, но полностью от них отгораживаются при встрече в другом про-
странстве, как, например, на вечеринке. Это и показывает их
настоящее, недуховное отношение и точку зрения.

Слишком научно ориентированный терапевт втайне считает, что
всё поддаётся познанию и контролю, а если это не подтверждается в те-
чение психотерапии, то винит в этом свою непрофессиональность или
ограниченность клиента. Давайте подумаем о том, что мы делаем в су-
первизиях, вспомним те случаи, когда успешность терапии определя-
лась явлениями, не зависящими ни от клиента, ни от терапевта.
Например, сорокалетняя клиентка, чья история отношений с мужчи-
нами выглядела очень проблематично, после нескольких консультаций
решается пойти на танцы, встречает там будущего мужа, с которым
очень хорошо ладит и со временем рожает ребенка.

Наглядные проявления духовности в психотерапии

Каким образом клиенты находят психотерапевта? Они инту-
итивно оценивают личность психотерапевта и видят, даёт ли психоте-
рапия плоды. Самый главный метод диагностики и лечения в
психотерапии – это личность психотерапевта. Но разве обучающимся
психотерапии ставятся конкретные задачи, до какого уровня они
должны развивать свою личность для того, чтобы стать хотя бы сред-
ними психотерапевтами? На развитие каких черт своей личности до-
лжен был бы обратить внимание психотерапевт?

1.Здравость. Люди склонны шутить, что часто сам психолог не-
здоров, и это нередко отчасти оказывается правдой – в психологию
приходят не от хорошей жизни. Очевидно, что терапевты различаются
по уровню своего психического здоровья, изменить который не так
легко. Важно, чтобы психотерапевт был, по возможности, здоровее и
вел клиента к здоровью, а не непонятно куда. Разумеется, психотера-
певт, имея собственные психологические проблемы, может работать,
но ему следовало бы ориентироваться на клиентов менее здоровых, чем
он сам, а не более здоровых. Хватит ли совести у терапевта пойти к су-
первизору или перенаправить клиента коллеге, когда клиент затраги-
вает его слабое место?

2.Сила. Клиент должен чувствовать твердость, энергичность те-
рапевта. Это связано не только с его психическим здоровьем, но и с фи-
зическим состоянием и ценностями. Некоторые терапевты являются
сильными, но не умеют открыто показать свою силу, а в психотерапии
это необходимо. Совершенно очевидно, что эмоциональное состояние
можно перенять, поэтому здоровый и энергичный терапевт лечит, даже
ничего не делая. Сколько среди терапевтов есть людей, распростра-
няющих явно ощутимую силу?

3.Ясно ощущаемый смысл жизни. «Вера и смысл передаются как
знания и убеждения, если же они не передаются, значит, они ненастоя-
щие, несильные» (А. Алексейчик). Сколько идеалистичных, духовных
людей есть среди терапевтов? А сколько эгоистичных, честолюбивых,
коммерчески настроенных? Каковы наши ценности, которые нам до-
роже, чем, например, отдых или деньги? Это банально, но очень - очень
важно. Клиенты чаще всего приходят с более тяжёлым опытом и здесь,
в пространстве психотерапии, могут вернуть себе веру во что-то хоро-
шее.

Размышляя о психотерапевтах с духовной точки зрения, воз-
никают такие вопросы.


Должен ли терапевт заниматься постоянными практиками само-
совершенствования и постоянно быть под присмотром учителя (как
это делается в духовных сообществах)? Могут ли случайные семинары
и супервизии это заменить? Хорошо, если психотерапевт занимается
какими-нибудь практиками, оказывающими очищающее и мобилизи-
рующее воздействие, пусть не медитацией, но спортом, творчеством.
Лучше всего, когда он сам ищет новых испытаний.

Должен ли он чувствовать призвание работать терапевтом? Ста-
вить ли призвание на первое место, а другие положительные аспекты
жизни - на второе? Как почувствовать призвание? Из личных разго-
воров с коллегами вижу, что некоторые из них своё призвание чув-
ствуют очень сильно, поэтому неясность в отношении призвания
скорее всего означает, что лучше заниматься чем-нибудь другим. Как го-
ворят о поэтах: “если можешь не писать, не пиши”.

Мне кажется, что не только личность психотерапевта, но и
процесс психотерапии имеет очевидные связи с духовными практи-
ками.


Часто решение экзистенциального кризиса – нахождение смысла
- очень похоже на откровение, полученное свыше. Многие из нас стал-
кивались с ситуациями, в которых клиент внезапно (а не закономерно)
занялся новой воодушевляющей деятельностью, встретил человека, с
которым он может осмыслить жизнь.

В процессе терапии клиенту предлагается погрузиться в себя,
«сойти в ад» к призракам и выйти оттуда, родиться заново. Психоте-
рапия напоминает ритуал перехода, когда человек как бы умирает для
того, что несущественно, и наступает второе рождение – духовное, со-
знательное. Может быть, из-за этого люди боятся идти к психотера-
певту, и на некоторых этапах терапии страдания действительно
становятся более интенсивными.

Время и место психотерапии обладают особенными характерис-
тиками – «в жизни есть немного времени, немного мест и людей, ре-
шившихся принять правду» (А. Алексейчик). Вспомним свою терапию
– сколько привносится энергии, как запоминается комната, в которой
она проходила, как будто она стала обителью души. Время терапии
напоминает сакральное время – оно неравномерно, «выпадает» из
обычного времени жизни. Такие специфические условия обязательны
для возникновения нового, и особенной силой обладают те моменты,
когда что-либо проявляется в первый раз во всей своей полноте. Помню
свою первую психотерапию, во время которой на мне применялась тех-
ника гештальта, и я внезапно поняла, что ум, который до этого был для
меня наивысшей ценностью, стал стеной, почти полностью отгородив-
шей меня от жизни и чувств. Тогда и появился мой внутренний мир, в
который я могла уже войти сама. Тот момент кажется мне растянув-
шимся во времени и пространстве, я помню все детали, помню, как вы-
глядел кабинет, небо, так как после этого жизнь стала другой.

В терапевтических отношениях состояние психотерапевта и
клиента часто бывает медитативно. Клиент в присутствии психотера-
певта должен сконцентрироваться на своих неясных переживаниях, по-
быть с ними и дать им возможность открыться. Г. Медисон, говоря о
применении техники фокусирования, сказал, что психотерапия для
него не является работой. Это отдых, так как благодаря клиенту он вы-
нужден быть «здесь-и-сейчас». То же самое я могла бы сказать о себе:
процесс психотерапии требует от меня особой сосредоточенности, ко-
торая приводит в равновесие меня саму, и это медитативное состояние
часто напоминает путешествие по внутреннему миру клиента, это
словно просмотр фильма, в который можно внезапно войти, а не целе-
направленная и запланированная деятельность.

Как духовность лечит клиента?

Открытость лечению

Клиента лечит доверие к терапету и его ценностям, вера в своё
выздоровление, в высшую силу, которая проявляется через него. Верить
в другого человека – уже смысл. С другой стороны, встреча со смыс-
лами чаще всего происходит посредством другого человека, и особенно
редко – без него. Доверие и вера пронизывают все сферы: доверие
между клиентом и терапевтом становится доверием к другим людям, к
себе, в конце концов – к богу и судьбе.

Важна открытость клиента: под грузом несчастий человек уже не
думает, что он всё знает, а начинает искать ответы. Например, в 12-ти
ступенчатой программе анонимных алкоголиков, прежде всего, при-
знаётся своё бессилие и наличие высшей силы. Алкоголик чувствует
себя бессильным, но когда он обращается к богу, он чувствует, что за
ним стоит большая сила, возможно, это еще и субтильное, но очень эф-
фективное самовнушение. Эту мысль прямо отражает благословление
страждущих: «блаженны нищие духом, ибо их есть царствие небес-
ное». Это откровение хорошо представлено и разработано в совре-
менной теории и техниках Симорон Б.Долохова и В.Гурангова: если
человек хочет решить проблему, он должен выполнять абсурдные ри-
туалы, которые уменьшают его гордыню и помогают ему принять не-
определенность и найти новые решения.

Лечит вера в конкретного терапевта. Клиент верит, что терапевт
на его стороне, и что помощь существует. Но его вера может быть наив-
ной, детской, потому что от терапии ожидается чудо;
вера может быть и поверхностной – «верю, потому что верят
другие». Трудно, если клиент верит против терапии. Очень важно,
чтобы момент веры взял и наступил, ведь какая-то часть терапевтов не
согласуются со своими клиентами просто из-за личностных
особенностей (но разве мы говорим это клиенту, разочаровавшемуся
в нас или в другом терапевте, защищаем ли себя или коллегу?).

Можно верить, что ребенок глуп, и что таким он и останется, так
и вера в силы клиента даёт возможность увидеть перспективы разви-
тия клиента, которые в данный момент могут явно не проявляться в
поведении клиента. Но если терапевт ожидает от клиента слишком
многого, то клиент может чувствовать себя слишком обязанным. Тера-
певту важно знать, чего он ожидает от каждого клиента. Несколько раз
мне приходилось сталкиваться со способными молодыми людьми, ко-
торые были в глубоком кризисе с симптомами психоза. Хотя я совсем не
знала, что будет, я сознательно верила, что они из него выйдут, и ясно
это показывала. Как ни странно, все эти люди сейчас довольно хорошо
адаптированы.

Усиление духовного уровня


Когда человек обретает связь с чем-то большим, чем он сам (на-
пример, своя миссия), уменьшается эгоцентризм, повышается осознан-
ность, появляется сильная мотивация. Все мы сталкивались с людьми,
имеющими сильные психические нарушения, например, шизофрени-
ками, бывшими алкоголиками, которые обрели свои цели и ценности,
и живут совсем неплохо (не пьют, работают, активно отдыхают, путе-
шествуют и так далее), некоторые из них становятся последователями
духовных традиций, и даже монахами. Иногда это нахождение смысла
неочевидно – например, духовное отношение родилось между клиен-
том и трапевтом, а после этого передалось другим.

В кризисные периоды, которые неизбежны во время лечения,
важно помочь клиенту принять страдания как испытание и возмож-
ность дальнейшего саморазвития – вспомнить этот банальный факт в
такие периоды редко кому удаётся, но это сильно пробуждает надежду.
В этом случае даже информация, полученная от гадалок и астрологов,
может оказать положительное воздействие, когда они говорят, что труд-
ности через какое-то время закончатся, человек обретает силы ждать.

Первоначальная жизненная сила в терапии может проявляться
как появление интереса, облегчение, отвращение к невротичности (на-
пример, как грех) или даже сопротивление терапевту. Это очень хруп-
кие, живые процессы, которые важно поддержать.

Важно изучать историю позитивного опыта клиента – каким он
бывает, когда открывает себя с самой лучшей стороны. Следует искать
в человеке открытости и ранимости, когда он ощущает себя частью все-
ленной, словно на всё он смотрит с вершины горы. Попросить это
вспомнить, привести примеры – обращаться к его лучшей части, кото-
рую так трудно или вообще невозможно увидеть во время кризиса.
Как? Это особое специфическое чувство, которое можно выработать
так же, как и внимательность к защитам клиента, оно немного напоми-
нает обоюдный положительный перенос.

Духовность в терапевтических отношениях

Каждый из нас может быть индивидуальным «я» и абсолютным
«я», слившись с любимым человеком, с какими-то ценностями. В те-
рапии следует стремиться к таким отношениям. Как? Терапевт может
открыться клиенту так же широко, как и сам клиент. Максимально по-
мочь и получить от работы наибольшее удовольствие мы сможем, если
сильно откроемся, разрешим себя взволновать. Обычно в такие мо-
менты терапевт не знает, что делать, замедляет темп и ждет, что случится
дальше. Когда во время сеанса происходит сильное раскрытие, терапевт
полностью в него погружается и только после сеанса может рефлекси-
ровать о том, что было. С клиентом важно вести себя элегантно и
нежно, как с чем-то дорогим и хрупким.

Такое состояние, к сожалению, чаще бывает у начинающих рабо-
тать терапевтов, или когда работаем с похожими на нас, чем-то доро-
гими нам клиентами. Клиенты к этому готовы в большей степени. Но
вместе с опытом чувствителъностъ терапевта часто уменьшается. Очень
благотворно иногда побыть на терапии самому. Важно не застрять в сте-
реотипах. Приходило ли вам когда-нибудь в голову помолиться за
клиента или обратиться к его ангелу-хранителю? Проявление безус-
ловного принятия и любви к ближнему наполняют терапию энергией,
это есть нечто очень широкое и вместе с тем очень интимное.

Когда мы начинаем смелее говорить о духовности, мы находим,
что не существует разницы между «моей жизнью» и «моей духовной
жизнью», быть живым – это быть духовно живым. Свою осознанность
можно развивать в различных областях: в движениях, чувствах, обще-
ственной деятельности, а можно – в духовности.

Литература:

1. Бьюдженталъ Дж. Искусcтво психотерапевта. Санкт-Петербург:
«Питер-бук», 2001.

2. Долохов Б., ГуранговВ. Курс начинающего волшебника. М.: «Тран-
зиткнига», 2006.

3.Гиллиген С. Терапевтические трансы. М.: «Класс», 1997.

4. Kорнфилд Д. Путь с сердцем. Киев, «София», 1997.

5. Карпункина Т. Душа подростка. «Сибтехнорезерв», 2006.

6. Психотерапия и духовные практики. Сб. статей. Минск: «Вида-М»,
1998.

7. Хеллингер Б. Порядки любви. М.: «Издателъство института психоте-
рапии», 2001.

8. Chopra D. Septyni dvasinės sėkmės dėsniai. Kaunas: Mijalba, 2002.

9. Eliade M. Šventybė ir pasaulietiškumas. Vilnius: „Mintis“, 1997.

10. Stein M. Junginė analizė ir dvasingumas// www. Bernardinai.lt

11. Sasnauskas J. Bernardinų dienoraščiai. Vilnius: “Aidai”, 2002.

12. Trautmann R. Psychotherapy and Spirituality//
www.integrativetherapy.com

13. Vaughan F. Mapping the Territory in Search of Common Ground
/ www.buddhanet.net

14. Vitz P. Psichologijos atkūrimas // www. Bernardinai.lt

Обновлено 22.08.2009 23:53